Новый тип вращающих молитвенные барабаны паломников появился в святых местах Тибета. Рядом с тибетцами, совершающими простирания у опустевшего трона Далай-ламы, кишмя кишат китайские туристы в одинаковых выданных тур-группе кепочках. Они прижимают ко лбу хрустящие китайские купюры и затем засовывают их в переполненные ящики для подношений. Китайские гости кланяются тибетским святыням, зажигают свечи, звонят в храмовые колокольчики. Примеряя на себя «тибетский стиль», молодые китайские девушки вплетают в черные косы полоски яркой материи.

«Это мистическое место, почти что рай земной, - говорит Танг Вэй, менеджер государственной компьютерной фирмы в Пекине. – Хотя Тибет отстает в экономическом развитии, жизнь здесь хорошая. Люди живут в мире и довольны своей работой».

Что же до Далай-ламы, объявленного Пекином предателем, «на мой взгляд, не такой он уж и плохой», - говорит Танг. На протяжении сорока лет, прошедших с тех пор, как Далай-лама ушел из Тибета после закончившегося провалом восстания против китайского режима, Пекин пытается дискредитировать его и приуменьшить его значение. Однако эти попытки терпят крах. Живущий в Индии Далай-лама широко известен как в Китае, так и за его пределами. «Он известен гораздо больше, нежели любая фигура в китайском правительстве», - говорит Элисон Рейнольдс, директор базирующейся в Лондоне «Кампании за свободный Тибет».

В самом Тибете, где его портреты запрещены, обеспеченные туристы из Пекина и Шангхая идут тропами паломников, вращая стоящие рядами вдоль стен храмов молитвенные барабаны со священными текстами. Каждое вращение, объясняют им, отсылает молитву на небеса. Всё это говорит о «духовном голоде, китайцы хотят больше знать о буддизме, - рассказывает Кейт Сондерс, представитель базирующейся в Вашингтоне «Международной кампании за Тибет». – Это дает надежду на будущее».

Китайское правительство питает глубокое недоверие к религии, отбивающей преданную паству у правящей коммунистической партии. Оно ограничивает число монахов в монастырях и заставляет их посещать уроки по теории коммунизма. Около 200 человек сидят в тюрьмах по обвинению в желании подорвать влияние китайского режима в Тибете, сообщает «Кампания за свободный Тибет». Министерство иностранных дел Китая регулярно отвергает все эти обвинения, называя их сепаратистской кампанией Далай-ламы.

Далай-лама неоднократно повторял, что добивается не полной независимости Тибета, но более обширной автономии, которая бы позволила сохранить уникальную буддийскую культуру этого региона. С 2002 года Китай провел четыре раунда переговоров с посланниками Далай-ламы. Последний, по сообщению представителей тибетского правительства в изгнании, состоялся 30 июня – 1 июля в Швейцарии.

«Очень сложно сказать, что думает китайская правящая верхушка», - говорит Сондерс. По ее словам, трудности, которые переживает сегодня гибнущий на корню тибетский буддизм, могут заставить Пекин попросить Далай-ламу вернуться, поскольку он один обладает авторитетом среди тибетцев и может убедить их согласиться на автономию.

«Как вы думаете, почему тибетский народ не прибегает к насилию? – спрашивает Сондерс. – Только потому, что он слушает Далай-ламу».

До тех пор, пока жив 70-летний Далай-лама, Пекин может вести переговоры с известным ему противником. Однако в росте популярности Далай-ламы коммунисты усматривают угрозу для монополии их власти.

У поражающего воображение красно-белого дворца Потала, взирающего с высоты холма на тибетскую столицу, паломники простираются перед пустым троном Далай-ламы, становясь сперва на колени, а затем распластываясь по земле в полный рост. Они поднимаются, и опять падают ниц, и так снова и снова… Капельки пота стекают по их бровям. Камеры слежения фиксируют каждое их движение. Китайский экскурсовод объясняет, что эти тибетцы молятся прежнему Далай-ламе, а не тому, что сейчас живет в Индии.

Но этой хитроумной уловкой не проведешь никого. «Мы надеемся, что он скоро вернется, - говорит монах Нима Церинг, вице-председатель управляющего комитета в храме Джоканг в центре Лхасы. Авторитет Далай-ламы, продолжает он, «это историческая данность, которая не изменится никогда». По его словам, богоподобный царь Тибета мог бы помочь укрепить отношения с Пекином. «Тысячи лет китайские императоры следовали религии, - говорит он. – Нам необходима гармония. Если налицо лишь экономический рост, это плохо».

Даже в Китае с его стремительно растущей экономикой эта мысль находит живой отклик. «Я – не буддист, но, как большинство китайцев, отношусь с пониманием к буддийским традициям, - говорит Танг, менеджер компьютерной фирмы. – Человечеству нужна братская любовь. Не важно, какой ты национальности, мы все хотим одного - счастья под голубым сводом неба».